Respan Dataset Explorer

РУССКАЯ ЛЕКСИКОГРАФИЯ: ТРАДИЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ
А. Я. Мартынюк
В статье описывается значение и роль словарей в жизни общества, указаны основные 
принципы и направления теории лексикографии
Ключевые слова: лексикография, словарь, тезаурус, теория лексикографии
У статті описано значення та роль словників у житті суспільства, вказано на основні 
принципи і напрями теорії лексикографії.
Ключові слова: лексикографія, словник, тезаурус, теорія лексикографії
The article describes the meaning and role of dictionaries in the life of society. Main principles and 
trends of the theory of lexicography are highlighted
Key words: lexicography, dictionary, thesaurus, theory of lexicography
Целью работы является описание значения и роли словарей в жизни общества, а также указание 
основных принципов и направлений теории лексикографии.
Актуальность. Словари играют в нашей жизни важную роль. Количество словарей год от года растет, 
разнообразие этих словарей отражает достижения лингвистики в той или иной области. Словарное 
произведение представляется надежным путеводителем в различных областях общественных знаний. 
Словарь является произведением истории и культуры народа, достижением науки общества в определенный 
период исторического развития. Словарное произведение входит в историю народа, подобно произведениям 
изобразительного искусства или музыки. Будучи в какой-то мере зеркалом эпохи, словарный состав языка 
отражает уровень представлений людей о тех или иных явлениях, а иногда характеризует их.
Словари являются одновременно и объектом лексикографической деятельности, и предметом изучения 
в лексикографической теории. Лексикограф говорит не вполне «от своего имени», он выступает как 
посредник между обществом и пользователем, который, обращаясь за справкой к словарю, как бы задаёт 
вопрос лексикографу. Ответы лексикографа воспринимаются как более или менее обязательные 
предписания для читателей словаря. Пользователь как бы заказывает лексикографу изготовление словаря с 
определёнными свойствами точно так же, как, например, клиент заказывает портному костюм 
определённого качества и фасона. Лексикограф выступает и как доверенное лицо пользователя, и как 
специалист, обеспечивающий максимально возможное (в пределах лексикографической целесообразности) 
удовлетворение его пожеланий [15, с.114]. С одной стороны, создатель словаря – авторская 
индивидуальность, с другой стороны, автор старается объективизировать текст словаря, ориентируясь на 
среднего представителя языкового коллектива. Разную информацию можно найти в словаре: от научного 
описания языка, его истории, современного состояния, объяснения заимствованных, малоупотребительных 
и устаревших слов до систематизации знаний, глубокого познания действительности, истории и культуры 
народа, говорящего на том или ином языке. Словари, сосредоточивающие в относительно компактной 
форме лексическое богатство языка, аккумулируют историческую память народа – его носителя. Таким 
образом, словари выступают и в ипостаси барьера, препятствующего разрушению культурно-исторического 
времени, утрате духовности нации [4, с.57].
Лексикографический труд является свидетелем определённого уровня развития цивилизации [народа], 
он фиксирует состояние и уровень различных отношений в обществе, развитие философской, политической, 
религиозной, научно-технической мысли этноса – носителя описываемого в словаре языка.
Задачи, решаемые с помощью словарей, охватывают сегодня самые разнообразные области науки и 
практики: преподавание родного и иностранного языков, перевод, теория и практика научно-технической 
информации, теория массовой коммуникации, социология, история, этнография, поэтика и многие другие.
Словарное произведение является справочником по культуре речи. Оно, как правило, отвечает на 
основные вопросы, которые ставит пользователь перед тем, как заглянуть в словарь: правильно ли я говорю, 
так ли употребляю слово или выражение, верен ли перевод данного слова на другой язык и т.п.
Поскольку развитие, изменение языка – неопровержимый факт, словарь также «временной» феномен. 
Он всегда фиксирует язык в определённый период его развития, будь то современный или исторический 
(этимологический) словарь.
Словарь обычно создаётся с учётом новых потребностей, нового адресата, актуальных 
лингвистических воззрений. Тем самым лексикографическое произведение всегда относительно ново.
В то же время современность словарного произведения по-своему анахронична. Лексикографическая 
фиксация языковых нововведений, как правило, опаздывает за развитием языка в целом, за движением 
жизни, что с философской точки зрения объективно и логично. «Словарь – это моментальный снимок вечно 
обновляющегося и находящегося в движении языка» [1, с.8], «словарь обязан угадывать за моментальным 
снимком постоянное движение живого языка» [1, с.12], «словарь – это непрерывный круговорот 
приобретаемых и утрачиваемых слов» [3, с.52].
Каждый пользователь знает, что в словаре собраны «все» слова языка. Словарь – это наиболее полная 
языковая сокровищница. Нельзя говорить об абсолютной полноте словарного произведения, т.к. конечность 
каждого созданного словаря – это открытость следующего, планируемого. Законченный словарный труд 
вдохновляет на будущие лексикографические произведения – в этом доказательство творческого процесса 
сотворения словарей. Учитывая бесконечность развития языка и языковых изменений, можно предсказать 
безграничное будущее искусства создания словарей.
Выход в свет словаря – само по себе культурно-историческое событие. Уже в этот момент 
лексикографическое произведение становится документом истории, достоянием культуры.
Являясь важным научным пособием для различных разделов лингвистики, словари имеют, кроме того, 
большое практическое значение. Это значение заключается прежде всего в том, что они дают возможность 
быстро и эффективно ориентироваться в огромном и сложном организме лексики, содействуя тем самым 
поддержанию норм литературного языка, повышению правильности, выразительности и точности 
индивидуальной речи его носителя. [16, с.27].翻译成汉语

俄语词典学:传统与前景  
A.雅.马尔特钠克  

本文描述了词典在社会生活中的意义和作用，指出了词典学理论的基本原则和方向。  
关键词：词典学，词典，词库，词典学理论  

本文（对应的中文翻译内容）

本文的目的是描述词典在社会生活中的意义和作用，并指出词典学理论的基本原则和方向。

词典在我们生活中起着重要作用。词典的数量逐年增加，这些词典的多样性反映了语言学在某一领域的成就。词典作品被认为是各种社会知识领域的可靠指南。词典是一个民族历史和文化的作品，是社会科学在特定历史发展阶段的成就。词典作品进入历史，如同美术或音乐作品。作为时代的一面镜子，词汇系统反映了人们对某些现象的理解水平，有时也会对其进行描述。 

词典既是词典学活动的对象，又是词典学理论研究的主题。词典编撰者不完全是以“自己的名义”发言，而是作为社会与用户之间的中介，用户在咨询词典时，似乎在向词典编撰者提问。词典编撰者的回答被视为对词典读者的某种规范性的指导。用户就像客户向裁缝订制特定质量和款式的衣服一样，向词典编撰者订制具有特定属性的词典。词典编撰者既是用户的受托人，也是提供词典所能达到的最满意的请求的专家。

词典是关于语言的科学描述，其历史、当前状态、解释借用词、少用词及过时词语，系统化知识、深入了解讲这种语言的民族的历史文化。词典以相对紧凑的形式集中体现语言的词汇财富，积累民族的历史记忆。因此，词典的角色也是一种屏障，阻止文化历史遗产的丧失，防止民族的精神流失。

词典学工作是某种文明[民族]发展水平的见证，记录社会中各种关系的状态和水平，描述民族的哲学、政治、宗教、科技思想的发展——这是词典中描述的语言的博物馆。

通过词典解决的问题今天涵盖了科学和实践的各种领域：母语和外语教学，翻译，科技信息的理论与实践，大众传播理论，社会学，历史，民俗学，诗学等等。词典作品是语言文化的参考书。通常，它回答用户在查阅词典之前提出的基本问题：我说得正确吗？我这样用词或表达方式合适吗？这个词在另一种语言中的翻译是否正确？等等。

由于语言的发展和变化是一个无可辩驳的事实，词典也是“时间性”的现象。它总是在语言发展的某个特定时期进行记录，无论是现代的还是历史的（词源的）词典。

词典通常根据新的需求、新的受众以及当前的语言学观点来创建。因此，词典作品始终具有一定的新颖性。

与此同时，词典作品的现代性在某种程度上是落后的。词典对于语言新变化的记录往往落后于语言整体的发展和生活的进步。从哲学的角度来看，这是客观而合乎逻辑的。“词典是始终更新和变化的语言的一瞬间捕捉”，“词典必须在瞬间捕捉到活语言的不间断流动”，“词典是新词汇和被淘汰词汇的连续循环”。

每个用户都知道，词典中收集了语言的“所有”词汇。词典是最完整的语言宝库。不能谈论词典作品的绝对完整性，因为每一本完成的词典都为下一个计划中的词典敞开大门。完成的词典作品激励着未来的词典编撰创作——这证明了词典创作过程中的创造性。

词典的出版本身就是一个文化历史事件。在这一刻，词典作品成为历史的文件和文化的财产。

作为各种语言学分支的重要科学工具，词典具有重要的实践意义。这种意义主要体现在能够快速有效地在庞大而复杂的词汇体系中导航，从而帮助维持标准书面语的规范，提高其使用者语言表达的正确性、表现力和准确性。

Как пишет А.И. Смирницкий, «слово выступает не только как основная единица словарного состава, но 
и как центральная узловая единица вообще языка» [17, с.183] или, говоря словами Ф. де Соссюра, «как 
нечто центральное в механизме языка» [18, с.143]. Единственной языковедческой дисциплиной, в которой 
слово рассматривается в совокупности всех своих слов, является лексикография. Лексикография (от греч. 
lexikos – относящийся к слову и grapho – пишу) – это теория и практика составления словарей. Основная 
задача лексикографии – научная разработка принципов и приемов словарного описания лексики, а также 
составление самих словарей, отражающих различные аспекты рассмотрения слов в системе языка. 
Лексикография понимается как часть лингвистики – лексикологии, которая описывает словарный состав 
языка. Лексикография может рассматриваться как своего рода служба общения между лингвистикой, 
являющейся наукой о языке, и обществом, заинтересованным в познании языка, а словарная продукция –
как главное, чем лингвистика отчитывается перед обществом.
Приоритет создания теории лексикографии принадлежит русской науке. Особое место в разработке 
этой проблематики занимает работа Л.В. Щербы «Опыт общей лексикографии» [19]. Примерно до половины 
пятидесятых годов прошлого столетия эта незаконченная работа оставалась единственной попыткой 
подняться над уровнем принятых конкретных лексикографических решений и взглянуть на лексикографию 
как на отдельную научную дисциплину.
Теория лексикографии изучает тексты словарей в рамках истории культуры какой-либо страны, 
устанавливает характер преемственности между ними, характер влияния одних словарей на другие, условия 
заимствования и усовершенствования словарной информации. Для лексикографии очень важно понятие 
традиции как национальной, так и мировой. В истории лексикографии наблюдаются закономерности, 
подобные закономерностям развития литературы, искусства, культуры и науки. В теории лексикографии 
должен учитываться принцип историзма, принцип развития [16, c.26]. Одно из важнейших понятий в 
лексикографии – это тип словаря, определяемый набором существенных характеристик, например, 
избранным объектом описания, а также определенным аспектом такого описания, способом подачи 
языковых единиц (структурой словарной статьи или определенного фрагмента словаря), характером и 
приемами семантизации словарных единиц, объемом словаря и др. Система взаимосвязанных и вместе с тем 
противопоставленных друг другу словарей различных типов образует общую типологию словарей. Типы 
словарей выделяются в четырех взаимосвязанных системах координат: лингвистической, психологической, 
социологической и семиотической.
К ХХ веку практическая лексикография накопила богатый опыт лексикографического описания языка. 
С середины прошлого столетия этот опыт начал структурироваться и обобщаться, и эти обобщения привели 
к появлению теории лексикографии, которая определяется сегодня как целесообразно организованное 
знание, дающее целостное представление обо всей серии вопросов, связанных с созданием словарей и 
других произведений словарного типа. Теория лексикографии включает в себя:
- рассмотрение объема, содержания и структуры понятия лексикографии;
- учение о жанрах и типах словарей;
- учение об элементах и параметрах;
- учение об основах лексикографического конструирования и возможности компьютеризации;
- учение о привычных словарных материалах;
- учение о планировании и организации словарной работы;
- выработку и формирование правил лексикографирования [14, с.7].
Сформулированы сегодня и универсальные принципы и функции словарей. Основными функциями 
словарей являются: учебная, систематизирующая, справочная, нормативная.
Принципы лексикографического описания включают: принцип относительности и ориентированности 
на адресата; принцип стандартности; принцип экономности; принцип простоты; принцип полноты; принцип 
эффективности; принцип семантической ступенчатости описания [8].
Появление теоретической лексикографии сопровождается появлением теоретических обобщающих 
работ, таких как: «Введение в современную лексикографию» Х. Касареса, «Опыт общей теории
лексикографии» Л.В.Щербы, «Лексикология и лексикография» В.В.Виноградова, «Лексикография 
английского языка» Л.П. Ступина, «Problems in Lexicography» F.W.Householder and Sol Saporta, «Introduction 
a’la Lexicographie: le dictionaire» J.Dubois, C.Dobois, «Manual of Lexicography» L.Zgusta.
Теоретическая лексикография развивается в разных направлениях. Учебная и научно-техническая 
лексикография сформировались как теоретические дисциплины в течение 70-80-х г.г. ХХ в. На сегодняшний 
день имеются обобщающие фундаментальные исследования в этих областях [14; 6]. Научно-техническая 
лексикография, теоретической базой которой стала очень молодая лингвистическая отрасль – терминоведение, 
представлена не только функциональными сборниками статей «Проблематика определений терминов в 
словарях разных типов» (1976), «Теория и практика научно-технической лексикографии» (1988), но и 
монографическими работами А.С. Герда [5], С.В Гринева [7], Ю.Н. Марчука [12].
Отвечая потребностям сегодняшнего дня, появляются новые разделы лексикографии. 
Информационные процессы ускорили создание всевозможных методик, которые способствуют скорейшему 
усвоению особенностей языка (например, информационно-поисковые тезаурусы). Теоретические 
обобщения построения словарей тезаурусного типа вылились в фундаментальные сочинения по идеографии: 
«Общая и русская идеография» [11], «Лингвистическое конструирование и тезаурус литературного 
языка»[10], «Идеографические словари» [13].
Потребность в словарях обучающего типа стимулировала появление учебной лексикографии, 
теоретические основы которой изложены в таких крупных изданиях, как «Очерки по русской лексикологии 
и учебной лексикографии» [9] и «Основы теории учебной лексикографии» [14].
Еще один раздел лексикографии – двуязычная переводная лексикография – долгое время носил 
практический характер. Вопросы теории составления многоязычных словарей рассматривались в основном 
в рамках статей в сборниках по проблемам переводческой деятельности, а также в предисловиях к крупным 
переводным словарям. Так, предисловие Л.В. Щербы к Большому русско-французскому словарю [20] всегда 
считалось обобщением основных принципов составления двуязычных словарей. Первым монографическим 
изданием этого направления стал учебник В.П. Беркова «Двуязычная лексикография» [2].
Выводы. Теория лексикографии, развиваясь последние десятилетия совместно с практикой создания 
новых словарей, формируется как самостоятельная теоретическая дисциплина в нескольких направлениях: 
учебная, многоязычная, научно-техническая.翻译

Как пишет А.И. Смирницкий, «слово выступает не только как основная единица словарного состава, но и как центральная узловая единица вообще языка» [17, с.183] или, говоря словами Ф. де Соссюра, «как нечто центральное в механизме языка» [18, с.143]. Единственной языковедческой дисциплиной, в которой слово рассматривается в совокупности всех своих слов, является лексикография. Лексикография (от греч. lexikos – относящийся к слову и grapho – пишу) – это теория и практика составления словарей. Основная задача лексикографии – научная разработка принципов и приемов словарного описания лексики, а также составление самих словарей, отражающих различные аспекты рассмотрения слов в системе языка. Лексикография понимается как часть лингвистики – лексикологии, которая описывает словарный состав языка. Лексикография может рассматриваться как своего рода служба общения между лингвистикой, являющейся наукой о языке, и обществом, заинтересованным в познании языка, а словарная продукция – как главное, чем лингвистика отчитывается перед обществом. Приоритет создания теории лексикографии принадлежит русской науке. Особое место в разработке этой проблематики занимает работа Л.В. Щербы «Опыт общей лексикографии» [19]. Примерно до половины пятидесятых годов прошлого столетия эта незаконченная работа оставалась единственной попыткой подняться над уровнем принятых конкретных лексикографических решений и взглянуть на лексикографию как на отдельную научную дисциплину. Теория лексикографии изучает тексты словарей в рамках истории культуры какой-либо страны, устанавливает характер преемственности между ними, характер влияния одних словарей на другие, условия заимствования и усовершенствования словарной информации. Для лексикографии очень важно понятие традиции как национальной, так и мировой. В истории лексикографии наблюдаются закономерности, подобные закономерностям развития литературы, искусства, культуры и науки. В теории лексикографии должен учитываться принцип историзма, принцип развития [16, c.26]. Одно из важнейших понятий в лексикографии – это тип словаря, определяемый набором существенных характеристик, например, избранным объектом описания, а также определенным аспектом такого описания, способом подачи языковых единиц (структурой словарной статьи или определенного фрагмента словаря), характером и приемами семантизации словарных единиц, объемом словаря и др. Система взаимосвязанных и вместе с тем противопоставленных друг другу словарей различных типов образует общую типологию словарей. Типы словарей выделяются в четырех взаимосвязанных системах координат: лингвистической, психологической, социологической и семиотической. К ХХ веку практическая лексикография накопила богатый опыт лексикографического описания языка. С середины прошлого столетия этот опыт начал структурироваться и обобщаться, и эти обобщения привели к появлению теории лексикографии, которая определяется сегодня как целесообразно организованное знание, дающее целостное представление обо всей серии вопросов, связанных с созданием словарей и других произведений словарного типа. Теория лексикографии включает в себя: - рассмотрение объема, содержания и структуры понятия лексикографии; - учение о жанрах и типах словарей; - учение об элементах и параметрах; - учение об основах лексикографического конструирования и возможности компьютеризации; - учение о привычных словарных материалах; - учение о планировании и организации словарной работы; - выработку и формирование правил лексикографирования [14, с.7]. Сформулированы сегодня и универсальные принципы и функции словарей. Основными функциями словарей являются: учебная, систематизирующая, справочная, нормативная. Принципы лексикографического описания включают: принцип относительности и ориентированности на адресата; принцип стандартности; принцип экономности; принцип простоты; принцип полноты; принцип эффективности; принцип семантической ступенчатости описания [8]. Появление теоретической лексикографии сопровождается появлением теоретических обобщающих работ, таких как: «Введение в современную лексикографию» Х. Касареса, «Опыт общей теории лексикографии» Л.В.Щербы, «Лексикология и лексикография» В.В.Виноградова, «Лексикография английского языка» Л.П. Ступина, «Problems in Lexicography» F.W.Householder and Sol Saporta, «Introduction a’la Lexicographie: le dictionaire» J.Dubois, C.Dobois, «Manual of Lexicography» L.Zgusta. Теоретическая лексикография развивается в разных направлениях. Учебная и научно-техническая лексикография сформировались как теоретические дисциплины в течение 70-80-х г.г. ХХ в. На сегодняшний день имеются обобщающие фундаментальные исследования в этих областях [14; 6]. Научно-техническая лексикография, теоретической базой которой стала очень молодая лингвистическая отрасль – терминоведение, представлена не только функциональными сборниками статей «Проблематика определений терминов в словарях разных типов» (1976), «Теория и практика научно-технической лексикографии» (1988), но и монографическими работами А.С. Герда [5], С.В Гринева [7], Ю.Н. Марчука [12]. Отвечая потребностям сегодняшнего дня, появляются новые разделы лексикографии. Информационные процессы ускорили создание всевозможных методик, которые способствуют скорейшему усвоению особенностей языка (например, информационно-поисковые тезаурусы). Теоретические обобщения построения словарей тезаурусного типа вылились в фундаментальные сочинения по идеографии: «Общая и русская идеография» [11], «Лингвистическое конструирование и тезаурус литературного языка»[10], «Идеографические словари» [13]. Потребность в словарях обучающего типа стимулировала появление учебной лексикографии, теоретические основы которой изложены в таких крупных изданиях, как «Очерки по русской лексикологии и учебной лексикографии» [9] и «Основы теории учебной лексикографии» [14]. Еще один раздел лексикографии – двуязычная переводная лексикография – долгое время носил практический характер. Вопросы теории составления многоязычных словарей рассматривались в основном в рамках статей в сборниках по проблемам переводческой деятельности, а также в предисловиях к крупным переводным словарям. Так, предисловие Л.В. Щербы к Большому русско-французскому словарю [20] всегда считалось обобщением основных принципов составления двуязычных словарей. Первым монографическим изданием этого направления стал учебник В.П. Беркова «Двуязычная лексикография» [2]. Выводы. Теория лексикографии, развиваясь последние десятилетия совместно с практикой создания новых словарей, формируется как самостоятельная теоретическая дисциплина в нескольких направлениях: учебная, многоязычная, научно-техническая. 

翻译中文：

正如A.И. 斯米尔尼茨基所说，“词不仅是词汇组成的基本单位，也是整体语言的中心枢纽单位” [17, с.183]，或者用F. 德·索绪尔的话来说，“是语言机制中的中心” [18, с.143]。词典学是唯一一门在其所有的词的集合中研究词的语言学科。词典学（来自希腊词汇lexikos – 与词相关以及grapho – 写）是词典编纂的理论和实践。词典学的主要任务是科学开发词汇描述的原则和方法，以及编制反映词在语言系统中各种考量方面的词典。词典学被理解为语言学的一部分——词汇学，它描述了语言的词汇组成。词典学可以被视为一种沟通服务连接语言学（作为语言的科学）与社会（对语言的认知感兴趣），而词典产品是语言学向社会做出的主要通报。

在词典学理论的创建上，俄国科学享有优先权。L.В. Щерба的作品《一般词典学的经验》 [19]在这一问题的发展中占据特殊地位。大约到上世纪五十年代中期，这一未完成的作品一直是唯一一次尝试超越具体词典学决策的视野，将词典学视作独立的科学学科。词典学理论研究词典文本在某国文化历史框架内，确定它们之间的继承性、一词典对另一词典的影响、词典信息借鉴与完善的条件。在词典学中，传统的概念是至关重要的，无论是民族的还是世界的。词典史上观察到的发展规律类似于文艺、文化和科学的发展规律。在词典学理论中必须考虑历史原则与发展原则 [16, c.26]。

词典学中的一个关键概念是词典类型，其定义为一组重要特征，例如选定的描述对象以及这种描述的特定方面，呈现语言单位的方式（某词条或某词典部分的结构），语义化词单元的方法，词典的范围等。不同类型的词典相互联系又相互对立，构成一个总体词典分类学。在四个相互关联的坐标系中划分词典类型：语言学的、心理学的、社会学的和符号学的。

到20世纪，实用词典学累积了丰富的语言词典描述经验。从上世纪中期，这一经验开始结构化并总结，这些总结导致了词典学理论的出现，今天被定义为有组织的知识，提供了与词典及其他类型词典作品创建相关的一系列问题的完整概念。词典学理论包括：

- 考量词典学的范围、内容和结构；
- 关于词典的体裁和类型的学说；
- 关于要素和参数的学说；
- 关于词典学构造基础和计算机化可能性的学说；
- 关于常规词典材料的学说；
- 关于词典工作规划与组织的学说；
- 制定词典编纂规则 [14, с.7]。

今天已被制定的还有词典的普遍原则和功能。词典的基本功能包括：教学、系统化、参考、规范。

词典学描述的原则包括：相对性原则和面向受众的原则；标准原则；经济性原则；简单性原则；完整性原则；效率原则；语义分步描述原则 [8]。

理论词典学的出现伴随着理论综述作品的出现，如：Х. 卡萨雷斯的《现代词典学导论》，Л.В. Щерба的《通用词典学理论经验》，В.В. Виноградова的《词汇学与词典学》，Л.П. 斯图皮纳的《英语词典学》，F.W. Householder 和 Sol Saporta 的《词典学中的问题》，J. Dubois 和 C. Dobois 的《词典学入门：词典》，以及L. Zgusta的《词典学手册》。

理论词典学在不同方向发展。教学与科技词典学在20世纪70-80年代形成为理论学科。今天，这些领域有总结性的重要研究 [14; 6]。科技词典学，其理论基础成为一个非常年轻的语言学分支——术语学，不仅在功能性论文集《不同类型词典中的术语定义问题》（1976），《科技词典学理论与实践》（1988）中得到体现，还在А.С. Гер达 [5]，С.В Гринева [7]，Ю.Н. 马尔楚卡 [12]的专著中得以展现。

为满足当今需求，新的词典学分支不断涌现。信息化进程加速了各种方法的制定，助力更快掌握语言特点（例如，信息检索词库）。关于构建词库型词典的理论总结凝聚成了关于表意法学的经典著作：《通用与俄语表意法学》 [11]，《语言构造与文学语言词库》[10]，《表意词典》 [13]。

对教学型词典的需求促进了教学词典学...

РУССКАЯ ЛЕКСИКОГРАФИЯ: ТРАДИЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ
А. Я. Мартынюк
В статье описывается значение и роль словарей в жизни общества, указаны основные 
принципы и направления теории лексикографии
Ключевые слова: лексикография, словарь, тезаурус, теория лексикографии
У статті описано значення та роль словників у житті суспільства, вказано на основні 
принципи і напрями теорії лексикографії.
Ключові слова: лексикографія, словник, тезаурус, теорія лексикографії
The article describes the meaning and role of dictionaries in the life of society. Main principles and 
trends of the theory of lexicography are highlighted
Key words: lexicography, dictionary, thesaurus, theory of lexicography
Целью работы является описание значения и роли словарей в жизни общества, а также указание 
основных принципов и направлений теории лексикографии.
Актуальность. Словари играют в нашей жизни важную роль. Количество словарей год от года растет, 
разнообразие этих словарей отражает достижения лингвистики в той или иной области. Словарное 
произведение представляется надежным путеводителем в различных областях общественных знаний. 
Словарь является произведением истории и культуры народа, достижением науки общества в определенный 
период исторического развития. Словарное произведение входит в историю народа, подобно произведениям 
изобразительного искусства или музыки. Будучи в какой-то мере зеркалом эпохи, словарный состав языка 
отражает уровень представлений людей о тех или иных явлениях, а иногда характеризует их.
Словари являются одновременно и объектом лексикографической деятельности, и предметом изучения 
в лексикографической теории. Лексикограф говорит не вполне «от своего имени», он выступает как 
посредник между обществом и пользователем, который, обращаясь за справкой к словарю, как бы задаёт 
вопрос лексикографу. Ответы лексикографа воспринимаются как более или менее обязательные 
предписания для читателей словаря. Пользователь как бы заказывает лексикографу изготовление словаря с 
определёнными свойствами точно так же, как, например, клиент заказывает портному костюм 
определённого качества и фасона. Лексикограф выступает и как доверенное лицо пользователя, и как 
специалист, обеспечивающий максимально возможное (в пределах лексикографической целесообразности) 
удовлетворение его пожеланий [15, с.114]. С одной стороны, создатель словаря – авторская 
индивидуальность, с другой стороны, автор старается объективизировать текст словаря, ориентируясь на 
среднего представителя языкового коллектива. Разную информацию можно найти в словаре: от научного 
описания языка, его истории, современного состояния, объяснения заимствованных, малоупотребительных 
и устаревших слов до систематизации знаний, глубокого познания действительности, истории и культуры 
народа, говорящего на том или ином языке. Словари, сосредоточивающие в относительно компактной 
форме лексическое богатство языка, аккумулируют историческую память народа – его носителя. Таким 
образом, словари выступают и в ипостаси барьера, препятствующего разрушению культурно-исторического 
времени, утрате духовности нации [4, с.57].
Лексикографический труд является свидетелем определённого уровня развития цивилизации [народа], 
он фиксирует состояние и уровень различных отношений в обществе, развитие философской, политической, 
религиозной, научно-технической мысли этноса – носителя описываемого в словаре языка.
Задачи, решаемые с помощью словарей, охватывают сегодня самые разнообразные области науки и 
практики: преподавание родного и иностранного языков, перевод, теория и практика научно-технической 
информации, теория массовой коммуникации, социология, история, этнография, поэтика и многие другие.
Словарное произведение является справочником по культуре речи. Оно, как правило, отвечает на 
основные вопросы, которые ставит пользователь перед тем, как заглянуть в словарь: правильно ли я говорю, 
так ли употребляю слово или выражение, верен ли перевод данного слова на другой язык и т.п.
Поскольку развитие, изменение языка – неопровержимый факт, словарь также «временной» феномен. 
Он всегда фиксирует язык в определённый период его развития, будь то современный или исторический 
(этимологический) словарь.
Словарь обычно создаётся с учётом новых потребностей, нового адресата, актуальных 
лингвистических воззрений. Тем самым лексикографическое произведение всегда относительно ново.
В то же время современность словарного произведения по-своему анахронична. Лексикографическая 
фиксация языковых нововведений, как правило, опаздывает за развитием языка в целом, за движением 
жизни, что с философской точки зрения объективно и логично. «Словарь – это моментальный снимок вечно 
обновляющегося и находящегося в движении языка» [1, с.8], «словарь обязан угадывать за моментальным 
снимком постоянное движение живого языка» [1, с.12], «словарь – это непрерывный круговорот 
приобретаемых и утрачиваемых слов» [3, с.52].
Каждый пользователь знает, что в словаре собраны «все» слова языка. Словарь – это наиболее полная 
языковая сокровищница. Нельзя говорить об абсолютной полноте словарного произведения, т.к. конечность 
каждого созданного словаря – это открытость следующего, планируемого. Законченный словарный труд 
вдохновляет на будущие лексикографические произведения – в этом доказательство творческого процесса 
сотворения словарей. Учитывая бесконечность развития языка и языковых изменений, можно предсказать 
безграничное будущее искусства создания словарей.
Выход в свет словаря – само по себе культурно-историческое событие. Уже в этот момент 
лексикографическое произведение становится документом истории, достоянием культуры.
Являясь важным научным пособием для различных разделов лингвистики, словари имеют, кроме того, 
большое практическое значение. Это значение заключается прежде всего в том, что они дают возможность 
быстро и эффективно ориентироваться в огромном и сложном организме лексики, содействуя тем самым 
поддержанию норм литературного языка, повышению правильности, выразительности и точности 
индивидуальной речи его носителя. [16, с.27].
Как пишет А.И. Смирницкий, «слово выступает не только как основная единица словарного состава, но 
и как центральная узловая единица вообще языка» [17, с.183] или, говоря словами Ф. де Соссюра, «как 
нечто центральное в механизме языка» [18, с.143]. Единственной языковедческой дисциплиной, в которой 
слово рассматривается в совокупности всех своих слов, является лексикография. Лексикография (от греч. 
lexikos – относящийся к слову и grapho – пишу) – это теория и практика составления словарей. Основная 
задача лексикографии – научная разработка принципов и приемов словарного описания лексики, а также 
составление самих словарей, отражающих различные аспекты рассмотрения слов в системе языка. 
Лексикография понимается как часть лингвистики – лексикологии, которая описывает словарный состав 
языка. Лексикография может рассматриваться как своего рода служба общения между лингвистикой, 
являющейся наукой о языке, и обществом, заинтересованным в познании языка, а словарная продукция –
как главное, чем лингвистика отчитывается перед обществом.
Приоритет создания теории лексикографии принадлежит русской науке. Особое место в разработке 
этой проблематики занимает работа Л.В. Щербы «Опыт общей лексикографии» [19]. Примерно до половины 
пятидесятых годов прошлого столетия эта незаконченная работа оставалась единственной попыткой 
подняться над уровнем принятых конкретных лексикографических решений и взглянуть на лексикографию 
как на отдельную научную дисциплину.
Теория лексикографии изучает тексты словарей в рамках истории культуры какой-либо страны, 
устанавливает характер преемственности между ними, характер влияния одних словарей на другие, условия 
заимствования и усовершенствования словарной информации. Для лексикографии очень важно понятие 
традиции как национальной, так и мировой. В истории лексикографии наблюдаются закономерности, 
подобные закономерностям развития литературы, искусства, культуры и науки. В теории лексикографии 
должен учитываться принцип историзма, принцип развития [16, c.26]. Одно из важнейших понятий в 
лексикографии – это тип словаря, определяемый набором существенных характеристик, например, 
избранным объектом описания, а также определенным аспектом такого описания, способом подачи 
языковых единиц (структурой словарной статьи или определенного фрагмента словаря), характером и 
приемами семантизации словарных единиц, объемом словаря и др. Система взаимосвязанных и вместе с тем 
противопоставленных друг другу словарей различных типов образует общую типологию словарей. Типы 
словарей выделяются в четырех взаимосвязанных системах координат: лингвистической, психологической, 
социологической и семиотической.
К ХХ веку практическая лексикография накопила богатый опыт лексикографического описания языка. 
С середины прошлого столетия этот опыт начал структурироваться и обобщаться, и эти обобщения привели 
к появлению теории лексикографии, которая определяется сегодня как целесообразно организованное 
знание, дающее целостное представление обо всей серии вопросов, связанных с созданием словарей и 
других произведений словарного типа. Теория лексикографии включает в себя:
- рассмотрение объема, содержания и структуры понятия лексикографии;
- учение о жанрах и типах словарей;
- учение об элементах и параметрах;
- учение об основах лексикографического конструирования и возможности компьютеризации;
- учение о привычных словарных материалах;
- учение о планировании и организации словарной работы;
- выработку и формирование правил лексикографирования [14, с.7].
Сформулированы сегодня и универсальные принципы и функции словарей. Основными функциями 
словарей являются: учебная, систематизирующая, справочная, нормативная.
Принципы лексикографического описания включают: принцип относительности и ориентированности 
на адресата; принцип стандартности; принцип экономности; принцип простоты; принцип полноты; принцип 
эффективности; принцип семантической ступенчатости описания [8].
Появление теоретической лексикографии сопровождается появлением теоретических обобщающих 
работ, таких как: «Введение в современную лексикографию» Х. Касареса, «Опыт общей теории
лексикографии» Л.В.Щербы, «Лексикология и лексикография» В.В.Виноградова, «Лексикография 
английского языка» Л.П. Ступина, «Problems in Lexicography» F.W.Householder and Sol Saporta, «Introduction 
a’la Lexicographie: le dictionaire» J.Dubois, C.Dobois, «Manual of Lexicography» L.Zgusta.
Теоретическая лексикография развивается в разных направлениях. Учебная и научно-техническая 
лексикография сформировались как теоретические дисциплины в течение 70-80-х г.г. ХХ в. На сегодняшний 
день имеются обобщающие фундаментальные исследования в этих областях [14; 6]. Научно-техническая 
лексикография, теоретической базой которой стала очень молодая лингвистическая отрасль – терминоведение, 
представлена не только функциональными сборниками статей «Проблематика определений терминов в 
словарях разных типов» (1976), «Теория и практика научно-технической лексикографии» (1988), но и 
монографическими работами А.С. Герда [5], С.В Гринева [7], Ю.Н. Марчука [12].
Отвечая потребностям сегодняшнего дня, появляются новые разделы лексикографии. 
Информационные процессы ускорили создание всевозможных методик, которые способствуют скорейшему 
усвоению особенностей языка (например, информационно-поисковые тезаурусы). Теоретические 
обобщения построения словарей тезаурусного типа вылились в фундаментальные сочинения по идеографии: 
«Общая и русская идеография» [11], «Лингвистическое конструирование и тезаурус литературного 
языка»[10], «Идеографические словари» [13].
Потребность в словарях обучающего типа стимулировала появление учебной лексикографии, 
теоретические основы которой изложены в таких крупных изданиях, как «Очерки по русской лексикологии 
и учебной лексикографии» [9] и «Основы теории учебной лексикографии» [14].
Еще один раздел лексикографии – двуязычная переводная лексикография – долгое время носил 
практический характер. Вопросы теории составления многоязычных словарей рассматривались в основном 
в рамках статей в сборниках по проблемам переводческой деятельности, а также в предисловиях к крупным 
переводным словарям. Так, предисловие Л.В. Щербы к Большому русско-французскому словарю [20] всегда 
считалось обобщением основных принципов составления двуязычных словарей. Первым монографическим 
изданием этого направления стал учебник В.П. Беркова «Двуязычная лексикография» [2].
Выводы. Теория лексикографии, развиваясь последние десятилетия совместно с практикой создания 
новых словарей, формируется как самостоятельная теоретическая дисциплина в нескольких направлениях: 
учебная, многоязычная, научно-техническая.
Литература:
1. Апресян Ю.Д. Лексикографическая концепция Нового Большого англо-русского словаря // Новый Большой англо-
русский словарь – М., 1993. –Т.1.
2. Берков В.П. Двуязычная лексикография. – С.-Петербург: СПУ, 1996.
3. Вандарес Ж. Язык Лингвистическое введение в историю. – М., 1937.
4. Васильев А.Д. Введение в историческую лексикологию русского языка – Красноярск, 1997.
5. Герд А.С. Основы научно-технической лексикографиию – Л.: ЛГУ, 1986.
6. Гринев С.В. Введение в терминоведение. – М.: Московский лицей, 1993.
7. Гринев С.В. Ведение в терминологическую лексикографию: Учебное пособие. – М.: МГУ, 1986.
8. Денисов П.Н. Лексика русского язика и принципы ее описания. – М.:Русский язык, 1980.
9. Денисов П.Н. Очерки по русской лексикологии в учебной лексикографии. – М.: МГУ, 1974.
10. Караулов Ю.Н. Лингвистическое конструирование и тезаурус литературного языка. – М.: Наука, 1981.
11. Караулов Ю.Н. Общая и русская идеография. – М.: Наука, 1976.
12. Марчук Ю.Н. Основы терминографии: Методическое пособие. – М.: МГУ, 1992.
13. Морковкин В.В. Идеографические словари. М., 1970.
14. Морковкин В.В. Основы теории учебной лексикографии: Диссертация на соискание ученой степени доктора 
филологических наук. – М., 1990.
15. Морковкин В. В. Морковкина А.В. Русские агнонимы. – М., 1997.
16. Проблемы учебной лексикографии и обучения лексике: Сборник статей / Под ред. Денисова П.Н. и Морковкина В.В. –
М.: Русский язык, 1978.
17. Смирницкий А. И. К вопросу о слове (Проблема «отдельности слова»). – М., 1952.
18. Соссюр Ф. де. Труды по языкознанию. – М., 1977.
19. Щерба Л. В. Опыт общей теории лексикографии // Щерба Л.В. Языковая система и речевая деятельность. – Л., 1974.
20. Щерба Л.В. Предисловие к Большому русско-французскому словарю // Языковая система и речевая деятельность. – М.: 
Наука, 1974. – С. 304-312.翻译

俄语词典学：传统与前景  
A. 雅·马尔特钠克  

文章中描述了词典在社会生活中的意义和作用，并指出了词典学理论的基本原则和方向。  
关键词：词典学，词典，词库，词典学理论  

文章描述了词典在社会生活中的意义和作用，并指出了词典学理论的基本原则和方向。

文章的目的在于描述词典在社会生活中的意义和作用，同时指出词典学理论的基本原则和方向。

紧迫性：词典在我们的生活中扮演着重要角色。词典的数量逐年增长，这些词典的多样性反映了语言学在某一领域的成就。词典作品被认为是各个社会知识领域的可靠指南。词典是一个民族在特定历史发展时期的历史和文化产物，是社会科学的成就。词典作品与美术或音乐作品一样，进入了民族的历史。作为时代的一面镜子，词汇系统反映了人们对某些现象的理解水平，有时也对其进行了表征。

词典不仅是词典学活动的对象，也是词典学理论研究的主题。词典编撰者并不完全“以自己的名义”发言，而是作为连接社会和用户的中介，当用户在查阅词典时，似乎是在向词典编撰者提问。词典编撰者的回答被视为对词典读者的某种规范性指导。用户就像客户向裁缝订制特定质量和款式的衣服一样，向词典编撰者订制特定属性的词典。词典编撰者既是用户的受托人，也是确保最大限度（在词典学可行性的范围内）满足其要求的专家 [15, с.114]。 一方面，词典的创造者是作者的个性，另一方面，作者试图在词典文本中客观化，针对语言集体的平均代表。词典中可以找到各种不同的信息：从语言的科学描述、其历史、现状、借用词、少用和过时词的解释，到知识的系统化、对某种语言的历史和文化的深刻认识。词典以相对紧凑的形式集中体现语言的词汇财富，聚集了民族的历史记忆——其语言的承载者。因此，词典在某种程度上也充当了阻止文化历史时间毁灭、民族精神损失的屏障 [4, с.57]。

词典学工作是某种文明（民族）发展水平的见证，记录了社会中各种关系的状态和水平，对哲学、政治、宗教、科技思想进行描述——这是词典中描述的语言的博物馆。

如今，词典解决的问题涵盖了科学和实践的各种领域：母语和外语教学、翻译、科技信息的理论与实践、大众传播理论、社会学、历史、民族学、诗学等等。词典作品是语言文化的参考书，通常回答用户在查阅词典之前提出的基本问题：我说得正确吗？我这样用词或表达方式合适吗？这个词在另一种语言中的翻译是否正确？

由于语言的发展和变化是无可辩驳的事实，词典也是“时间性”的现象。它总是在语言发展的某个特定时期进行记录，无论是现代词典还是历史词典（词源词典）。

词典通常根据新的需求、新的受众和当前的语言观来创建。因此，词典作品始终具有一定的新颖性。

与此同时，词典作品的现代性在某种程度上是落后的。词典对于语言新变化的记录往往落后于语言整体的发展和生活的进步。从哲学角度来看，这是客观而合乎逻辑的。“词典是永远变化、不断移动的语言的瞬间快照” [1, с.8]，“词典必须在瞬间快照中猜测语言的不断运动” [1, с.12]，“词典是获取和淘汰词汇的不断循环” [3, с.52]。

每个用户都知道，词典中收集了语言的“所有”词汇。词典是最丰富的语言宝库。不能谈论词典作品的绝对完整性，因为每一本完成的词典都为下一个计划中的词典敞开大门。完成的词典作品激发了未来的词典创作——词典创作过程中的创造性的证明。考虑到语言发展和变化的无限性，可以预见词典创作艺术的无限未来。

词典的出版本身就是一个文化历史事件。在出版的那一刻，词典作品便成为历史文物和文化遗产。

作为语言学各个分支的重要科学工具，词典还具有重要的实践意义。这种意义主要体现在能够快速且有效地导航巨大的复杂词汇系统，从而维持标准书面语的规范，提高其语言使用者个人表达的正确性、表现力和精确性 [16, с.27]。

正如A. И. 斯米尔尼茨基所说，“词不仅是词汇组成的基本单位，也是整体语言的中心枢纽单位” [17, с.183]，或者用F. 德·索绪尔的话来说，“是语言机制中的中心” [18, с.143]。词典学是唯一一门研究词汇在其所有环境中的学科。词典学（来自希腊词汇lexikos – 与词相关, grapho – 写）是词典编纂的理论和实践。词典学的主要任务是科学开发词汇描述的原则和方法，并编写反映语言系统中词汇多方面的词典。词典学被视为语言学的一个分支，即描述语言词汇组成的词典学分支。

词典学可被视为联系语言学（作为语言科学）与有兴趣理解语言的社会之间的沟通服务，而词典产品是语言学向社会的主要报告。

词典学理论创立的优先权属于俄罗斯科学。L. V. Щерба的工作《一般词典学的经验》 [19]在这一问题的发展中占据特殊地位。大约到上世纪五十年代中期，这一未完成的作品一直是唯一一次尝试超越具体词典学决策的视野，将词典学视作独立的科学学科。词典学理论在某国文化历史框架内研究词典文本，确定词典间的继承性、词典对词典的影响、对词条信息改进的条件。词典学视传统—不论是民族的还是世界的—为关键概念。词典学史上，观察到了与文学、艺术、文化和科学发展相似的规律。在词典学理论中，必须考虑历史和发展的原则 [16, c.26]。

词典学中的一个重要概念是词典类型，由一组关键特征决定，例如所选描述对象以及描述的特定方面、呈现语言单位的方式（某词典文章或部分的结构）、词典单元语义化特征、词典范围等。不同类型的词典形成一个综合词典分类，在四个相互联系的坐标系中定义：语言学、心理学、社会学和符号学。

到20世纪，实践词典学累积了丰富的语言词典描述经验。从上世纪中期，这一经验开始结构化并总结，导致词典学理论的出现，今天被定义为有组织知识，提供与词典及其他类型词典作品创建相关问题的整体表述。词典学理论包括：

- 考虑词典学的规模、内容和结构；
- 关于词典的体裁和类型学说；
- 关于要素和参数学说；
- 关于词典学设计基础和计算机化可能性的学说；
- 关于常规词典材料学说；
- 关于词典工作的规划与组织学说；
- 词典编纂规则的制定 [14, с.7]。

今天，词典的普遍原则和功能已确立。词典的主要功能包括：教育、系统化、参考、规范。

词典学描述的原则包括：相对性和面向用户的原则；标准性原则；经济性原则；简单性原则；完整性原则；效率原则；语义分步解释原则 [8]。

理论词典学的出现伴随着相关理论综述的出现，如：Х. 卡萨雷斯的《现代词典学导论》, Л.В. Щерба的《通用词典学理论经验》, В.В. Виноградова的《词汇学与词典学》, Л.П. 斯图皮纳的《英语词典学》, F.W.Householder 和 Sol Saporta的《词典学中的问题》, J.Dubois 和 C.Duois的《词典学入门》, 以及L.Zgusta的《词典学手册》。

理论词典学在不同方向发展。教学与科技词典学在20世纪70-80年代作为理论学科成立。今天，这些领域有总结性的基础研究 [14; 6]。术语学作为一种起源非常年轻的语言学分支，为科技词典学奠定了理论基础，除了文章集《不同类型词典中术语定义的问题》（1976），《科技词典学的理论与实践》（1988），还体现在A.C. Герд [5], С.В. Гринева [7], Ю.Н. Марчук [12]的专著中。

为响应今天的需求，出现了新的词典学分支。信息过程加速了各种方法的开发，促进语言特征的快速学习（如信息检索词库）。词库型词典构建的理论总结已成为经典表意结构著作：“通用与俄语表意法” [11]，“语言建构与文学语言词库”[10]，“表意词典” [13]。

对教学型词典的需求推动了教学词典学的发展，其理论基础在大型出版物中得以阐述，如《俄语词汇学与教学词典学简介》 [9] 和《教学词典学理论基础》 [14]。

词典学的另一分支是双语翻译词典学，长期以来具有实践性质。多语种词典编纂理论的问题主要是在翻译活动问题集中的文章中以及大型翻译词典的前言中进行讨论。L.V. Щерба为大型俄法词典所作的前言[20]一直被视为双语词典编纂主要原则的总结。该方向的第一本专著是В.П. Бер科夫的教科书《双语词典学》 [2]。

结论：词典学理论在过去几十年与新词典创建的实践相结合而发展，作为一个独立的理论学科在多个方向上形成：教学、多语种、科技。

СЛОВАРНОЕ ДЕЛО В РОССИИ КАК ОТРАЖЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ: ПРОШЛОЕ И СОВРЕМЕННОСТЬ
© 2013
Л.И. Озтюрк, кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка и языкознания
Институт экономики управления и права, Казань (Россия)
Аннотация: Словари являются отражением не только языковых процессов, но и общественной жизни той или иной эпохи. Применение компьютерных технологий в лексикографии позволяет увеличить информационный по- тенциал словарей и значительно расширить круг их пользователей.
Ключевые слова: словарь, лексикография, язык, культура, эпоха, электронный словарь.

XXI век характеризуется не только увеличением объема информации, но и подъемом словарного дела. Различные сегменты языковой картины мира, уровни языковой системы, многочисленные аспекты научного знания отражаются в лексикографических источниках.
Сложившаяся обстановка, при которой объектами лексикографического описания могут быть не только слова, но и единицы самых различных языковых уров- ней, обусловила появление термина «лингвография», получившего широкое распространение в современной русистике. На базе предлагаемого термина могут ис- пользоваться производные, например, лингвографиче- ский, лингвографирование и т.д. [1].
Современная отечественная лингвография предо- ставляет пользователю словарной информации широкий круг самых разнообразных словарей. При этом качество и количество лингвографических параметров способны удовлетворять любые запросы: помогать соблюдать ли- тературные нормы, исправлять ошибки, достигать точ- ности словоупотребления, а также снабжать предельно полной информацией о языковых единицах всех уров- ней, в том числе в контексте той или иной исторической эпохи.
В настоящее время большинством исследователей отмечается значительное повышение требований к сло- варной продукции, предъявляемых как потребителями, носителями языка, так и специалистами, в частности языковедами. Коммуникативные потребности членов социума постоянно меняются, что приводит к различ- ной наполняемости словарей, разноаспектной репрезен- тации языковых единиц, расширению возможностей ис- пользования технических средств.
Обозначенная тенденция обусловливает необходи- мость пересмотра теоретических положений относи- тельно создания словарей, выработки рекомендаций по их совершенствованию и устранению имеющихся не- достатков. Стоит отметить, что в целях удовлетворения этих пользовательских запросов и отражения в словарях максимально адекватной языковой картины, научные изыскания и практические разработки ведутся в раз- личных лексикографических направлениях. Однако до сих пор не решена проблема создания информационно насыщенной и достоверной базы данных о существую- щих словарях, а также объемной и вместе с тем макси- мально эргономичной для пользователя презентации их интеллектуального потенциала. Актуальность инвента- ризации имеющихся лингвографических продуктов  и ее постоянного редактирования в связи с появлением новых словарей обусловлена активным привлечением компьютерных технологий, позволяющих обеспечить постоянное обновление предъявляемой информации. Комплексное исследование информационного потен- циала словарей русского языка предоставляет возмож- ность обнаружить и устранить отсутствие некоторых типов справочников, ошибки и недочеты, имеющиеся в лингвографических источниках, а также систематизиро- вать различные фрагменты словарной информации.
Необходимо отметить, что исследования, объектом которых являются словари, ценны и значимы для реше- ния многих проблем, актуальных не только в современ- ной отечественной лексикографии, но и в русистике в целом. Практическая ценность изысканий в данном на-
102

правлении заключается в возможности использования их результатов в создании новых лингвографических справочников, в преподавании специальных дисциплин, в обучении русскому языку, в том числе русскому как иностранному. Кроме того, привлечение компьютерных технологий и разработка специальных программ позво- ляет максимально расширить географию пользователей, что в условиях активизации межнациональных контак- тов и все увеличивающейся потребности в разноаспект- ных словарях представляется чрезвычайно важной и требующей адекватного разрешения задачей.
Несомненное достоинство работы по созданию элек- тронных словарей и формированию сводного инвента- ризирующего фонда лингвографической продукции за- ключается в том, что подобные полифункциональные и многоаспектные справочники способны удовлетворить требования самых взыскательных пользователей, по- скольку позволяют не только анализировать лексикогра- фируемые единицы, но и получать информацию о самих словарях и об их авторах. Кроме того, компьютерная версия справочника предполагает его непрерывное по- полнение новыми информационными зонами и обеспе- чение комфортной навигации в поиске необходимых сведений. Представляется целесообразным направле- ние исследований по установлению связей с Интернет- ресурсами, содержащими сходные или дополняющие материалы. Однако при этом современная наука испы- тывает острую потребность как в систематизированном анализе самих лингвографических источников, так и в упорядочении и максимально удобной подаче сведений о них.
В настоящее время не исследованным в полной мере остается информационный потенциал словарей XVIII века: до сих пор не произведена качественная и коли- чественная регистрация словарных единиц, которыми характеризуется данная эпоха, не уточнен список лек- сикографических источников, отсутствует электронная форма представления некоторых из них. Между тем, как известно, словари являются не только продуктом словарного дела, отражающим специфику лексикогра- фических процессов времени, но и лингвистическим портретом эпохи, а также дают полное представление   о социальной жизни и культуре во всем ее многообра- зии. «Хорошо известный сегодня тезис о тесной и оче- видной взаимосвязи языка и культуры сам по себе давно утратил вкус новизны и перешел в категорию общепри- знанных фактов» [2, с. 7]. Словарь выступает одной из форм описания, изучения и познания культуры, так как все, «не пропущенное через словарь, оказывается не полностью понятным, не всесторонне осмысленным… только он обеспечивает обозримость, комплексность и системность рассмотрения языковых фактов» [3, с. 200]. Это предполагает пересмотр устоявшихся, «однобоких» подходов к словарям только как к справочно-информа- ционным источникам, как к неким техническим при- способлениям, которые «принято использовать, но не обсуждать» [4, с. 261], и требует их признания в каче- стве артефактов национальной культуры и источников аксиологической информации об исследуемой эпохе.
«Зеркалом» общественной жизни можно признать переводные словари, предназначенные для коммуни- кации и потому быстрее реагирующие на социальные,
Балтийский гуманитарный журнал. 2013. № 4

Л.И. Озтюрк
СЛОВАРНОЕ ДЕЛО В РОССИИ КАК ОТРАЖЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ ...

политические, экономические изменения.  Они  всег-  да являлись  не  только  специфическим  посредником  в межкультурной коммуникации, но и особой разно- видностью участников диалога культурных традиций. Ретроспектива изучения развития переводной лексико- графии подтверждает, что словари возникали, основы- ваясь на культурных потребностях людей, на практиче- ской необходимости понимать чужой язык. В XVIII веке вследствие тесных и многоаспектных межъязыковых контактов словарь становится фактом массовой литера- туры, поскольку круг его пользователей по сравнению со средними веками расширяется и количественно, и качественно: его читают не только интеллектуалы, но   и служилые люди, купцы, дьяки, священники, рядовые монахи и пр.翻译，符合汉语习惯

俄罗斯的词典事业作为社会生活的反映：过去与现代  
© 2013  
Л.И. 奥茨图克，语言学副博士，俄罗斯喀山经济管理与法学院俄语语言学系副教授  

摘要：词典不仅反映了语言过程，还反映了不同时代的社会生活。计算机技术在词典学中的应用扩大了词典的信息潜力，并显著拓宽了其用户群。  
关键词：词典，词典学，语言，文化，时代，电子词典。  

21世纪的特点不仅是信息量的增加，还有词典事业的兴起。语言世界观的不同层面、语言系统的层次、科学知识的众多方面都反映在词典资源中。

当前的情况是，词典学描述的对象可以是词汇，也可以是各种语言层级的单位，这推动了“语言记录”这一术语在现代俄语学领域的广泛传播。以该术语为基础，可以衍生出如“语言记录化”、“语言记录研究”等相关概念。

现代俄罗斯的语言记录学为用户提供了多样化的词典信息，能够满足各种需求：遵循语言标准、纠正错误、实现用词精准，并提供关于各类语言单位的全面信息，包括在特定历史时期的背景中。

当前，大多数研究者注意到词典产品的要求大幅提升，这不仅来自语言使用者和专家，还包括语言学家。随着社会成员的沟通需求不断变化，导致词典的内容、语言单位的多方面呈现及其在技术手段使用上的扩展。

这一趋势要求我们重新审视词典编纂的理论原则，提出改进建议并消除现有不足。 需要强调的是，旨在满足用户需求和在词典中反映尽可能准确的语言图景的科学研究和实践开发正在各个词典学方向进行。不过，目前依然存在的问题是，尚未建立信息丰富且可信的现有词典数据库，如何以大型且对用户友好的方式呈现其智力潜能同样是个未解课题。鉴于电子技术的引入确保了信息的不断更新，因新词典的出现对现有语言记录产品进行编目及不断修订显得尤为重要。

对俄语词典信息潜力的综合研究有助于辨别和消除某些指南类型的缺失、词典资源中存在的错误和缺陷，并对词典信息的各个部分进行系统化。

需要指出的是，以词典为对象的研究对于解决现代国内词典学乃至整个俄语学中的诸多问题具有重要意义。在此领域，研究的实际价值在于其结果可用于新语言记录指南的编制、特殊课程的教学以及俄语教学（包括将俄语作为外语学习）。此外，借助计算机技术和特殊程序的开发可以最大程度地扩大用户地域覆盖，这在国际交流活跃、对多方面词典需求不断增加的情况下显得尤为重要并亟待解决。

创建电子词典和构建综合语言记录产品库的显著优势在于，这些多功能且多方面的指南能够满足最挑剔用户的要求，因为它们不仅允许分析词典化的单位，还能提供关于词典及其作者的信息。此外，电子版本的指南可以不断补充新的信息区域并为信息查找提供便利导航。值得开展的研究方向包括与包含类似或补充材料的互联网资源建立联系。然而，现代科学对系统化分析语言记录资源及整理和优化信息呈现的需求仍非常迫切。  

在研究上，尚未对18世纪词典的信息潜力进行全面研究：尚未进行高质量和定量的词典单元注册来描述这一时期，未确定词典资源清单，一些词典未有电子版本。然而，众所周知，词典不仅是词经典范反映特定词典学过程的产物，也是该时代的语言学肖像，全面展示了丰富多样的社会生活与文化。人们熟知“语言与文化紧密关联的主张早已不再新鲜，已成为普遍认可的事实” [2, с. 7]。词典是描述、研究和理解文化的一种形式，因为一切“未经词典过滤的事物都会显得不够清晰和全面解释……只有词典能够提供语言事实的概览、综合性和系统性考察” [3, с. 200]。这要求重新审视一度“单一化”把词典仅看作参考信息源的观点，要求认可其作为国家文化的文物和研究时代价值信息来源的地位。

翻译词典可被视为社会生活的“镜子”，因其为了交流而设计并能够更迅速对社会、政治、经济变化作出反应。它们一直不仅是跨文化交流中特定的中介，并且是文化传统对话的特殊参与形式。翻译词典发展的回顾研究表明，词典的产生是基于人的文化需求和对理解外国语言的实际需要。在18世纪，由于语言之间的广泛多方面交流，词典成为大众文学的载体。与中世纪相比，其用户群从数量和质量上都有所扩展：不仅仅是知识分子，也包括官员、商人、文员、牧师、普通僧侣等。

Историческими предпосылками появления перево- дной лексикографии XVIII века явились, безусловно, перемены петровской эпохи. Этот период стал пере- ломным для российской политической жизни и обще- ственного сознания, веком «европеизации» России, вре- менем коренных перемен в обществе, крушения старой и возникновения новой идеологии, заимствованной у Запада. Значительные изменения в обществе привели в движение процесс создания нового литературного языка взамен церковнославянского, который к тому времени утратил способность отражать такие перемены. Яркими приметами петровской эпохи являются подъем книгопе- чатания и небывалый размах переводческой литературы, в чем заметно непосредственное участие самого царя. Петр I, как никто до него из монархов, придавал Слову – и не только как элементу пропаганды новых идей – боль- шое значение [5, с. 5]: он лично формировал репертуар переводов и заказывал их, причем не только в России, но и за границей, следил за ходом работы переводчиков, за языком переводов, их стилем, заставлял переделывать работу. При всех сложностях и недостатках бесплодным его труд назвать нельзя. Направление дальнейшего раз- вития было верно угадано переводчиками начала века, они действительно, по выражению Пушкина оказались
«почтовыми лошадьми просвещения».
Первая потребность в переводных словарях была вы- звана учебными задачами, распространившейся модой на европейское образование и в этой связи на иностран- ные, прежде всего, западноевропейские языки. Стоит от- метить, что взаимодействие общей и учебной лексико- графии в различные периоды развития лингвистической мысли и практики представляет собой не только отра- жение динамики общественных отношений, но и демон- стрирует значимость дидактических функций словаря для общества в целом [2, с. 54].
В 1704 г. в Москве вышел «Лексикон треязычный, сиречь речений славенских, еллино-греческих и ла- тинских сокровище», который был составлен Ф.П. Поликарповым, а рассмотрен и дополнен Стефаном Яворским, Рафаилом Краснопольским и братьями Лихудами. «Лексикон треязычный...» предваряет спи- сок словарей подобного рода: он отличался сжатостью и доступностью пояснений, поэтому был удобен для использования в учебных заведениях. Работая над лек- сиконом, предназначенном для обучения славянскому, греческому и латинскому языкам, Поликарпов пресле- довал цель: предостеречь от чрезмерного употребле- ния чуждых слов, которые в начале XVIII века, по его мнению, подавляли «словенский» язык, признаваемый автором «отцом многих языков». В Увещательном из- вещении благоразумному читателю лексикограф пишет о том, что знание иностранных языков полезно тем, по- скольку искореняет веры «злочестивыя» и немало бы чужеземцев, имея руководство к изучению славянского языка, приходило бы в благочестие.
Подтверждением популярности лексикона служит следующий  факт:  в  Томской  областной  библиоте-   ке (ТОУНБ им. А.С.Пушкина) хранится уникальный

на   латинском   языке,   принадлежащей А.В.Суворову:
«Сия книга куплена в 1766 году феврале месяце Легионером Суздальского пехотного полка Господином Александром Васильевым по прозвищу Суворофф для использования в латинском классе студентов юных  лет
…». Из биографии великого полководца известно, что он преподавал в школе для дворянских детей и, очевид- но, приобрел экземпляр «Лексикона треязычного...» для применения в учебном процессе.
В XIII веке появляется и активно распространяется  в среде дворян французский язык, который в то время играл роль своеобразного проводника общественно-по- литических реформ Петра I. Франция была эталоном светскости для русского дворянства, а «идеалом рече- вой культуры высшего русского общества того времени был французский салон предреволюционной эпохи» [6, с. 173]. Русско-французское двуязычие становится мас- совым явлением не только среди крупных, но и среди мелкопоместных дворян, в среде которых отмечается постепенный переход к билингвизму. Более осознанно освоение французского языка происходит с обучением в письменной форме. Сфера употребления француз- ского языка расширяется: он вытесняет русский язык в дворянской среде. В связи с этим понятна потребность в русско-французских и французско-русских словарях.
Заметным лексикографическим фактом той эпохи следует признать «Лексикон российской и французской, в котором находятся почти все российския слова по по- рядку российскаго алфавита» (1762), составителем ко- торого является И.Ф. Литхен. В обращении к читателю он пишет о том, что словарь полезен как учителю, так и учащемуся, однако его нельзя признать за совершенней- ший, ибо книги мало-помалу к совершенству приходят [здесь и далее орфография современная – прим. авт.]. Словарь включает не только собственно слова, но и словосочетания, например: баба старая, баба молодая, баба, которой бьют сваи, а также целые предложения, в частности: я признаваю по твоим глазам твое намере- ние. Заметим, что лексикографическая традиция XVIII в. воспринимала сочетания не дифференцированно от слов, тем большую ценность для истории русского язы- ка приобретают сведения, которые можно почерпнуть из словарей обозначенной эпохи.
Учебная лексикография XVIII века, представленная, прежде всего, переводными словарями, оказалась наи- более «чуткой к вопросам социальных и культурных по- требностей нации и, как свидетельствует история лек- сикографии, была обращена непосредственно к нуждам общества  и  его  представителей,  следовательно, имела
«в терминологии современной лингвистики, антропо- центрический (антропоориентированный) характер» [Колесникова: 54]. Так, Ф. Гёльтергоф (1711-1805) в предисловии к своему «Сокращенному четыреязычному словарю, А имянно на немецком, латинском, француз- ском и российском языках…» (1776), пишет о необхо- димости краткого, легкого и приятного способа учения:
«обучающий неотменно должен стараться о том, как бы юношеству языки и науки кратчайшим, удобней- шим и приятнейшим сообщить способом». Еще одним доказательством антропоцентрической направленно- сти учебных словарей того времени служит «Полный латинской Геснеров лексикон, с прибавлением к нему греческих слов и Российскаго реэстра …» (1796-1798). В Предуведомлении к нему автор – Геснер И.М. (1691- 1761) – пишет: «Истинное просвещение в целых народах и государствах деятельно и благоуспешно распростра- няется паче всего чрез юношество. Ибо из сих только юных, гибких ко всему и способных отраслей человече- ства удобно возвращаются самые полезные и достой- ные члены общества»
Такая дидактическая концепция, как и само отноше- ние к «отраслям человечества», видится революцион- ной на фоне рекомендаций, которые можно обнаружить

экземпляр   «Лексикона   треязычного...»    с   надписью	в более ранних источниках, предназначенных для обуче-
Балтийский гуманитарный журнал. 2013. № 4	103

Л.И. Озтюрк
СЛОВАРНОЕ ДЕЛО В РОССИИ КАК ОТРАЖЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОЙ ...

ния. Например, в одном из первых букварей, изданном в Москве в 1679г., «воспеты в стихах розга, бич и жезл,… рекомендованные в отеческом наставлении: “Розга ум вострит, память возбуждает, учит Господу Богу моли- ти и рано в церковь на службу ходити. Бич возбраняет скверно глаголати,…жезл ленивых к делу побуждает”.
… В обращении к учащимся заключается утешение в го- речи таковой методы образования: “Целуйте розгу, бич и жезл лобзайте,…ибо не зла вам, но добра желают”» [7, с. 171].
Таким образом, словарь квалифицируется сегодня как «основа языкового здоровья и исторической памя- ти нации», является национальным достоянием, спо- собным «цементировать языковое информационное пространство» [8, с. 1996]. В силу этих обстоятельств можно только радоваться увеличению количества новых лингвографических трудов и все нарастающему интере- су к ним исследователей.
Несомненно, что инвентаризирующие языковые справочники, в том числе электронные, создаваемые на основе различных параметрических подходов, имеют обширный информативный диапазон, а перспектива их использования в различных лингвистических областях придает им особую научную ценность и практическую значимость. Работа по многоаспектному и полифунк- циональному описанию словарей русского языка XVIII века внесет существенный вклад в развитие отечествен- ной лингвографии и позволит прогнозировать развитие

словарного дела в условиях массивного информацион- ного потока, которым характеризуется современная эпо- ха.翻译，符合汉语习惯

18世纪翻译词典出现的历史背景无疑与彼得大帝时代的变革密切相关。这个时代是俄罗斯政治生活和社会意识的转折点，是俄罗斯“欧洲化”的世纪，是社会根本变革的时代，旧意识形态的崩溃和从西方引进新意识形态的时刻。社会发生的巨大变化推动了新文学语言的创建过程，以取代当时已无法反映这些变化的教会斯拉夫语。彼得时代的鲜明标志是印刷业的兴起和翻译文学的空前发展，而这两者都直接受到了彼得大帝本人的积极推动。彼得大帝与此前的君主不同，他非常重视语言，不仅作为传播新思想的工具 [5, с. 5]：他亲自选定翻译作品的目录，并在国内外进行订购，监督翻译者的工作进度、翻译语言和风格，甚至要求重做翻译。尽管面临种种困难和不足，他的努力并非徒劳。世纪初的翻译者正确预见了未来发展的方向，正如普希金所言，他们确实成了“启蒙的信使”。

翻译词典的第一个需求是由教育任务引发的。随着欧洲教育的风靡，尤其是对西欧语言的热情，大大推动了翻译词典的发展。需要指出的是，不同时期语言学理论和实践的发展中，普通词典学和教育词典学的相互作用不仅反映了社会关系的动态，还展示了词典在社会中的教学功能的重要性 [2, с. 54]。

1704年，在莫斯科出版了《三语词典，即斯拉夫、希腊-拉丁用语的宝藏》，由Ф.П. 波利卡尔波夫编著，经斯杰范·雅沃尔斯基、拉斐尔·克拉斯诺波利斯基和利胡达兄弟的审阅和补充。这本《三语词典》开启了此类词典的先河：它的说明简洁明了，非常适合在教育机构中使用。在编写这本旨在教授斯拉夫语、希腊语和拉丁语的词典时，波利卡尔波夫的目的是警示人们不要滥用外来词，因为在18世纪初期，他认为这些外来词压制了作者所认同的“许多语言之父”的“斯拉夫”语言。在面向有智慧的读者的劝告书中，这位词典学家提到了外语知识的裨益，因为它能够根除“邪恶”的信仰，而许多外国人如果有指导来学习斯拉夫语，也将变得虔诚。

词典受欢迎的一个例证是，在托木斯克州立图书馆（以A.С. 普希金命名的图书馆）保留了一本独特的拉丁文版本，并附有A.В. 苏沃洛夫的藏书铭：这本书于1766年2月由苏兹达尔步兵团军官亚历山大·瓦西里耶夫（绰号苏沃罗夫）购买，供年轻学生在拉丁语课上使用。据伟大军事家的生平资料显示，他曾在贵族儿童学校教学，很可能是为了教学目的购买了这本《三语词典》。

在18世纪，法语在贵族中逐渐流行，作为彼得大帝推行社会政治改革的一种工具。法国曾是俄罗斯贵族理想的世俗典范，“当时俄罗斯上流社会理想的语言文化是法国的革命前沙龙” [6, с. 173]。俄法双语现象不仅在大贵族中普遍存在，也在逐渐向小地主阶层渗透，并显现出过渡到双语的趋势。系统学习法语尤其是在书面形式上的有效性逐渐显现，法语的使用范围不断扩大：在贵族圈中逐渐代替了俄语。因此，对俄法和法俄词典的需求显而易见。

这一时期值得一提的词典学事实是И.Ф. 利特亨编撰的《俄罗斯和法国词典》，其中“按照俄罗斯字母顺序排列了几乎所有的俄语词汇”（1762年）。在面向读者的介绍中，他谈到该词典对教师和学生都有用，但称不上完美，因为书籍是在不断进步中达到完善的。词典不仅包括单词，还包括短语，比如：老太婆，年轻女人，还有一些完整的句子，例如：我从你的眼神中看出了你的意图。需要注意的是，18世纪的词典学传统中，短语并未明显和单词区分，这一流行让这一时代的俄语词汇记录具有了历史价值。

18世纪的教育词典，主要体现在翻译词典中，最能敏锐捕捉国家的社会和文化需求，词典学历史表明，它们直接回应着社会及其成员的需要，因此，在现代语言学术语中具有“人本主义（以人为本）特征” [Колесникова: 54]。例如：F. 哥尔特霍夫（1711-1805）在其《四语缩略词典，包含德语、拉丁语、法语和俄语…》（1776年）的前言中，提出了一种简单、轻松且愉快的学习方法的必要性：“教育者必须努力以最简洁、方便和愉快的方式将语言和科学传授给年轻一代。”这一时期教育词典人本主义方向的另一个证据是“拉丁语盖斯纳完整词典，附带希腊语词汇和俄语书目…”（1796-1798）。作者盖斯纳 И.М.（1691-1761）在其序言中写道：“真正的启蒙在整个民族和国家中，最为顺利和成功地通过年轻一代传播。因为只需从这些年轻、灵活且能够适应一切的人中回归出最有用且最值得的社会成员。”

这种教学理念以及对“人类分支”的态度在当时背景下显得尤为革命性，与早期教育工具中发现的建议相比格外显眼。例如，在1679年出版于莫斯科的其中一本早期教科书中，这样的理念尤为明显：“鞭子、权杖和教鞭被用诗歌赞美，被推荐给在座的长者：‘教鞭能启迪智慧，激励记忆，教他们祈祷上帝，早访教堂。 鞭子防止言不由衷.…教鞭促使懒惰者行动。’…在劝告学生中提供了教育方法的慰藉：‘亲吻教鞭，拥抱权杖.…他们希望你有所成长，而不是伤害你的意图。’” [7, с. 171].

因此，词典被评定为“国家语言健康和记忆的基础”，是能够“牢固语言信息空间”的国家财富 [8, с. 1996]。基于这一事实，我们不能不为新增语言记录工作量和学者对它们日益浓厚的兴趣感到高兴。

毫无疑问，基于不同参数方法创建的语言参考书，包括电子版本，具有广泛的信息容量，其在各种语言学领域的应用前景赋予其特别的科学价值和实践意义。对18世纪俄语词典的多方面、多功能描述将极大地推动本土语言记录的发展，并使我们可以在信息汇流时代（现代时代的一个特征）中预测词典事业的发展方向。

Азбуковник как ранний вид русской словарно-справочной литературы

М.Ю. Глазков 

В своей жизни все мы постоянно сталкиваемся с какими-либо неизвестными нам словами или понятиями. И первое, к чему мы обращаемся в таких случаях, это — словари, справочники, энциклопедии. 
На Руси самые ранние словарные своды обнаруживаются уже в изборниках. Среди подобных книг можно назвать, например, «Изборник» Святослава (1073 г.). Т.е., сборники с различными толковыми статьями справочного характера начинают распространяться у нас уже с XI века. Несколько позже на Руси возникают сборники толкований. Как например, в XIII в. была создана Толковая Палея — тематический сборник, отдельными статьями излагающий события Ветхого Завета. 
С самых ранних веков существования славянской письменности считалось весьма полезным выписывать толкования, собирать их с полей книг, а затем сводить в перечни. Такой перечень, глоссарий, помещённый в конце рукописи, служил дополнением к толкованиям, уже имеющимся в тексте книги. Некоторые книги (Лествица, Псалтирь, Хронограф и др.) аккумулировали по нескольку глоссариев. 
Качественный перелом произошёл в середине XVI в. Словарное дело, привлекая обильно накопившийся материал, всё заметнее освобождается от исключительно богословского истолкования текста. Словарные своды, сформировавшиеся ранее в составе ряда рукописных книг, и подготовили возникновение Азбуковника. 
Азбуковник появился в начале второй половины XVI в. Азбуковник — это особый тип толкового словаря с элементами энциклопедии. Он был создан русскими справщиками и переводчиками — филологами высокого класса своего времени. Понятно, почему именно в этой среде создаются такие словари: это было время начала книгопечатания на Руси. Однако создавались они не только для бережного отношения к исправлению текстов Священного Писания, но и для внимательных читателей этих текстов. 
Третьей, и далеко не последней, целью подобных словарей была помощь в написании канонов и тропарей. В словарях книжники находили раскрытие целого ряда поэтических терминов и объяснение значений имён собственных. 翻译，符合汉语习惯

字母书作为早期俄语词典参考文献

M.Ю. 格拉兹科夫

在我们的日常生活中，我们经常会遇到一些不熟悉的单词或概念。在这种情况下，我们首先会求助于词典、手册或百科全书。在古代俄罗斯，最早的词汇汇编可以在一些选集中找到。例如，《斯维亚托斯拉夫选集》（1073年）就是其中之一。这意味着，自11世纪起，包括各种解释性文章的参考书在俄罗斯已经开始流传。稍晚一些，俄罗斯出现了解释性合集。例如，13世纪创建的《释义书》，以单篇文章的形式描述《旧约》事件。

从斯拉夫文字出现的最早年代起，人们就认为抄写并收集书籍中的释义，然后将它们汇编成名单是非常有益的。这种附在手稿末尾的术语表，作为对书中已有释义的补充。一些书籍（如《灵梯》、《诗篇集》、《编年史》等）汇集了多个术语表。

16世纪中期发生了一次质的飞跃。词典事业借助丰富积累的材料，逐渐摆脱了对文本进行纯粹神学解释的局限。早期形成于若干手抄本书籍中的词汇汇编，为字母书的产生奠定了基础。

字母书出现在16世纪下半叶初。字母书是一种带有百科全书元素的特定类型的解释性词典。它由当时高水平的俄罗斯校勘人员和译者——语言学家编纂而成。显然，这种词典正是在这个背景下产生的：这是俄罗斯印刷术开始的时代。然而，这些词典的创建不仅是为了精心修订《圣经》文本，也为了这些文本的认真读者。

类似词典的第三个，而且绝非最后的目的是帮助撰写《颂歌》和《诗歌》。在词典中，学者们可以找到大量诗歌术语的解释和人名含义的阐释。

Именно ономастиконы (словари-толковники имён собственных), бытовавшие в качестве дополнений глоссариев в русских книгах с XIII в., стали одной из основ состава Азбуковника. 
Другой составляющей раннего Азбуковника стали славянорусские словари. Например, глоссарий к книге Иоанна Синайского «Лествица» под названием «Толкование неудобь познаваемым речам», который был создан в XIV в. 
Одним из источников стали и словари символики, т.н. «Приточники», бытовавшие с XV в. 
Очерчивая круг источников Азбуковника, можно отметить, что на «младшие» редакции его оказали влияние такие сочинения, как словарь-разговорник «Речь тонкословия греческого» (XV в.), и поздние ономастиконы: словарь при «Грамматике» Лаврентия Зизания Тустановского (1596 г.), «Лексикон славеноросский...» Памвы Берынды (1627 г.). 
Однако определяющее влияние на складывание Азбуковника как особого жанра древнерусской книжности оказала деятельность Максима Грека, одного из образованнейших людей XVI в., который по поручению великого князя Василия Ивановича занимался исправлением церковных книг. И здесь дело не только в том, что его словарь-ономастикон «Толкование именам по алфавиту» (с объяснением наименований мест, городов, исторических лиц и проч.) стал прототипом Азбуковника, а позже полностью вошёл во все его редакции. На формирование корпуса Азбуковника огромное воздействие оказали, прежде всего, филологические воззрения как самого Максима, так и его последователей. 
Т.е., можно говорить о том, что первые азбуковники, появившиеся во второй половине XVI в., оказались венцом работы всех русских лексикографов средневековья на протяжении пяти веков, с XI по XVI в. 
Кстати говоря, академик М.П. Алексеев отмечает, что на рубеже XVI—XVII вв. в лексикографии многих европейских стран (Италия, Англия, Франция и др.) наметились сходные процессы. В это время начинают создаваться многоязычные словари — компиляции с хаотически пёстрым словником. Возникновение словарей иноязычных слов в разных странах происходило по-разному и было обусловлено разными причинами. (Скажем, в Западной Европе этому способствовало возрождение античной науки, у нас были несколько иные причины, на пример, такие, как книжная справа.) Но факт остаётся фактом: формирование корпуса словарей толково-энциклопедического характера в европейских странах и в России шло параллельно. Русские азбуковники по своему типу близко примыкают к западноевропейским словарям. 
Однако надо отметить, что какого-то одного, устоявшегося текста этого словаря не существует. Рукописная традиция предопределила бытование десятков вариантов Азбуковника на протяжении XVI—XVIII вв. Но при этом, как отмечает Л.С. Ковтун, даже самые ранние из них имеют три основных вида текста, а «старший» Азбуковник ещё и четыре редакции. 
С течением времени сфера бытования азбуковников становится всё шире. В XVII в. помимо толковых появляются и учебные, и нравоучительные. Т.е., к концу XVIII в. — времени завершения бытования данной книги — азбуковники, согласно Л.Н. Пушкарёву, подразделяются на четыре основных типа: 
1) словари иностранных слов и сведений из разных областей знания; 
2) учебные пособия типа букварей, включающие базовые знания по арифметике, грамматике, религии, отчасти по истории и природоведению; 
3) воспитательно-дидактические руководства; 
4) сборники смешанного состава. 
Книга, созданная для толкования непонятных слов из текстов Священного Писания, в ходе двухвековой эволюции привлекает всё больше сведений реального характера и в конце концов превращается в пособие для обучения, для получения начальных сведений по самым разным отраслям знания. 
По оценкам специалистов, сохранилось порядка 200 списков, относящихся к жанру Азбуковника. Это немного, если учесть их широкую популярность три века назад. Однако объяснимо, если иметь в виду их активное использование в учебном процессе. Причём из этих двух сотен рукописей около сотни сосредоточены в пяти крупнейших хранилищах страны (РНБ, РГБ, ГИМ, БАН, ИРЛИ). В региональных собраниях Азбуковник почти не обнаруживается. 
Тем более представительной на этом фоне выглядит коллекция рукописных азбуковников ВСМЗ, которая насчитывает 7 ед. хр.: 
1. Азбуковник (выписки) в сборнике учебного характера. В-5636/429. 
(Сии повести или сказания выписаны из Алфавита отчасти...) 
Около 1628 г. 4°. 145 лл. (на лл. 73—94), мелкий полуустав и скоропись. 
2. Азбуковник. В-5636/418. 
(Книга, глаголемая Алфавит, содержащая в себе толкование иностранных речей...) 
Третья четверть XVII в. 4°. 204 лл., скоропись. 
3. Азбуковник. В-5636/444. 
(Книга, глаголемая Алфавит, содержащая в себе толкование иностранных речей...) 
Последняя четверть XVII в. 8°. 216 лл., скоропись. 
4. Азбуковник. В 5636/415. 
(Книга, глаголемая Алфавит, содержащая в себе толкование иностранных речей...) 
Конец XVII — начало XVIII в. 4°. 334 лл., полуустав. 
5. Азбуковник. В-5636/472. 
(Книга, глаголемая Алфавит, содержащая в себе толкование иностранных речей...) 
Первая треть XVIII в. 8°. 255 лл., полуустав, переходящий в скоропись. 
6. Азбуковник. В-5636/457. 
(Книга, глаголемая Алфавит, по словенску же языку Буквы, содержащая в себе толкование иностранных, еже есть иноязычных речей)
Середина XVIII в. 1°. 142 лл., крупный полуустав и скоропись. 
7. Азбуковник. В-5636/487. 
(Книга, глаголемая Алфавит беседовный. Начало Букв, в них же толкует неудобь разумеваемыя речи) 
1882 г. 8°. 405 лл., полуустав. 
翻译

字母书作为早期俄罗​​斯词典参考文献

正是作为专有名词词典的“名称字典”，自13世纪以来一直作为词汇表的补充在俄罗斯书籍中使用，成为字母书组成部分的基础之一。早期字母书的另一组成部分是斯拉夫-俄语词典。例如，约翰·西奈的《灵梯》一书的词汇表《难解词语解释》就是在14世纪创作的。另一个来源是自15世纪以来存在的象征词典，所谓的“谚语书”。 

在勾勒字母书的来源范围时，可以指出，“后期”版本受到了诸如《希腊词汇对话》（15世纪）的词典、以及列夫·齐萨尼亚·图斯塔诺夫斯基《语法》附录的词典（1596年）、帕姆瓦·贝林达的《斯拉夫-俄语词汇》（1627年）等后期名称词典的影响。 

然而，决定性影响是16世纪最有学识的人之一玛克西姆·格雷克的活动，他受大公瓦西里·伊万诺维奇委托修订教会书籍。这里不仅是因为他的名称字典《按字母顺序解释名称》（包含地名、城市、历史人物等的解释）成为了字母书的原型，后来完全融入了它的所有版本。对字母书的编撰影响极大的主要是玛克西姆本人及其追随者的语言学观点。

换句话说，我们可以说，出现在16世纪下半叶的首批字母书是11到16世纪五个世纪以来所有中世纪俄国词典学家工作的结晶。顺带一提，学者M.P. 阿列克谢耶夫指出，在16至17世纪之交，许多欧洲国家（意大利、英国、法国等）的词典学中出现了类似的过程。这一时期开始创建多语言词典——用各种凌乱的词汇编撰而成。不同国家对外语词典的创作各不相同，原因也不尽相同。（例如，西欧的这一过程受到古代科学复兴的推动，而在我们国家则是因为书籍事务。）但事实上，俄罗斯与欧洲国家的解释-百科全书类词典的编撰是同步进行的。 

然而需要注意的是，并不存在某一个固定文本的字母书。这种手抄传统导致在16至18世纪期间，字母书拥有数十种版本。不过，正如L.S. 科夫顿所指出的，即使是最早的版本也有三种主要文本类型，而“高级”字母书还存在四种编辑本。 

随着时间的推移，字母书的使用范围越来越广。17世纪除了解释词典外，还出现了教学和训诫类词典。根据L.N.普什卡廖夫，到18世纪末——这一书籍存在的结束时——字母书归为四个主要类型： 

1) 包含来自不同知识领域的外来词和信息的词典； 
2) 包含算术、语法、宗教、部分历史和自然知识基本知识的初等课本； 
3) 教育训诫指南； 
4) 各种组成的合集。 

一本原本用于解释《圣经》文本中生僻词汇的书籍，在经过两个世纪的演变后，吸收了越来越多的实际信息，最终演变为一部授课指南，提供各个学科的基础知识。

据专家估计，保存下来的属于字母书类型的抄本约有200册。考虑到它们在三个世纪前的广泛流行，这个数量并不多。然而，其在教学过程中的广泛使用解释了这一现象。而且这两百份手稿中约有一百份集中在五个国家最大的收藏馆（RNB、RGB、GIM、BAN、IRLI）。在地区藏品中，字母书几乎没有发现。 

在这样的背景下，VSZ博物馆收藏的字母书手稿显得尤为珍贵，总共收录了7份：

1. 字母书（摘录）于学术性合集。编号B-5636/429（部分故事或传说是从字母中摘录的……大约1628年）。4°。145页（第73-94页），小半正文字体和速写。 
2. 字母书。编号B-5636/418。（一本名为“字母”的书，包含外来语的解释……17世纪第三四分之一）。4°。204页，速写。 
3. 字母书。编号B-5636/444。（一本名为“字母”的书，包含外来语的解释……17世纪最后四分之一）。8°。216页，速写。 
4. 字母书。编号B-5636/415。（一本名为“字母”的书，包含外来语的解释……17世纪末至18世纪初）。4°。334页，半正文字体。 
5. 字母书。编号B-5636/472。（一本名为“字母”的书，包含外来语的解释……18世纪第一三分之一）。8°。255页，半正文字体至速写。 
6. 字母书。编号B-5636/457。（一本名为“字母”的书，用斯拉夫语即字母语言，包含外来语即外国语的解释）。18世纪中叶。1°。142页，大号半正文字体和速写。 
7. 字母书。编号B-5636/487。（一本名为“字母”的交谈书。字母的开头，解释难懂的词语）。1882年。8°。405页，半正文字体。

Наша коллекция азбуковников сформировалась непосредственно при образовании Владимирского Государственного областного музея. Шесть из семи рукописей (кроме последней) попали в музей из Флорищевой пустыни после национализации её древлехранилища в 1919 г. 
Хронологические рамки нашей коллекции прослеживаются очень точно, поскольку самый ранний и самый поздний списки точно датированы: с 1628 г. по 1882 г. 
Коллекция интересна и разнообразна. Однако именно это разнообразие состава азбуковников предопределило сложности при её начальной постановке на учёт. В ходе настоящей работы выяснилось, что на рубеже 1954—1955 гг., когда была сделана коллекционная опись наших рукописей, две книги (Алфавит духовный Димитрия Ростовского [В-5636/396] и Сборник с азбуками и грамматикой Иоанна Дамаскина [В-5636/471]) были ошибочно записаны как азбуковники. Кроме того, в ходе работы подвергся переатрибуции и сложный Сборник первой трети XVII в., в составе которого был выявлен наш самый ранний Азбуковник. 
Этот Азбуковник (В-5636/429) расположен на 22 листах (лл. 73—94) в Сборнике учебного характера, в обильном окружении статей о грамматике, арифметике, хронологии и о многом ином. На обороте последнего листа (л. 145) есть датированная запись: «Сие списано... у Долмата Борнякова 137 нояб.», т.е. в ноябре 1628 г. Поскольку водяные знаки бумаги («Кувшин», «Рожок» рубежа 1620—30 х гг.) в остальных частях Сборника не противоречат этой дате, можно полагать, что сложился он как раз около 1628 г. Однако при всей ценности этого раннего текста, исчерпывающим Азбуковником его считать нельзя. Сам автор сборника указывает в наименовании: «Сии повести или сказания выписаны из Алфавита отчасти, яж мне доселе неведомы были, тамо ж они писаны по алфавиту в ряду с прочими иных язык толкованными речми, зде ж написаны избранием». Всего в этом выборочном Азбуковнике 373 толкования. Это притом, что изначальная, т.н. «краткая» редакция насчитывала от одной до двух тысяч статей, а «пространная» редакция имела от четырёх до шести тысяч. Поэтому, к сожалению, пока невозможно точно сказать о том, какой именно редакцией пользовался автор выписок. Несомненно одно: это была специфическая редакция, т.к. сравнительный анализ текстов показал, что многие слова этого Сборника в других наших списках не встречаются (напр., «Исократ» на л. 79 об., «Пифагор» на л. 90 или «нехай», истолкованное как «да» на л. 88). 
Большинство (4 из 7) наших списков относятся к краткой редакции «старшего» Азбуковника, содержащей свыше 2000 статей. Пожалуй, самым характерным и интересным экземпляром из них является Азбуковник третьей четверти XVII в. (В- 5636/418) — самый ранний из наших полных текстов. Поэтому имеет смысл на его характеристике чуть позже остановиться детальнее. 
Следующий по времени Азбуковник (В-5636/444) относится к последней четверти XVII в. Он интересен, прежде всего, тем, что является почти точной копией предыдущего. Текстологический анализ показал, что повторены даже явные ошибки: предисловие оборвано ровно так же, на половине предложения. Поскольку оба экземпляра, как оговаривалось ранее, происходят из Флорищевой пустыни, это является косвенным доказательством того, что данный список появился на свет именно в этом монастыре.翻译，符合汉语习惯

我们的字母书藏品是在弗拉基米尔州立地区博物馆成立时直接形成的。在1919年该博物馆对弗洛里谢娃荒野的古代藏品进行国有化之后，除了最后一本手稿，其余六本都转移到了博物馆。

我们的藏品时间跨度明确，因为最早和最晚的手稿都有确切的日期：从1628年到1882年。这个收藏具有趣味性和多样性。然而，正是这种字母书构成的多样性导致了在最初登记时的困难。在此次研究过程中发现，在1954—1955年期间制作藏品清单时，两本书（季米特里·罗斯托夫斯基的《精神字母》[编号V-5636/396]和约翰·大马士革的《字母与语法合集》[编号V-5636/471]）因错误被登记为字母书。此外，在研究过程中，我们对17世纪前三分之一的复杂合集进行了重新归类，其中发现了我们最早的字母书。

这本字母书（编号V-5636/429）占据了22页（第73—94页），属于一部教学性质的合集，其它部分内容包括语法、算术、年代表及其它主题。在最后一页背面（第145页），有一条注明日期的记录：“此抄本写于...由多尔马特·博尔尼亚科夫于137十一月”，即1628年11月。由于合集其余部分的水印（1620—30年代的“水壶”和“号角”）与此日期不冲突，可以推测这本合集大约完成于1628年。然而，尽管这个早期文本很有价值，但仍然不能称其为完整的字母书。该合集的作者在书名中指出：“这些故事或传说是部分摘录自字母书，那些我至今未知的内容，其中一些按照字母顺序与其他语言解释的词语并列排列，而这里只是选录。”在这本选择版字母书中总共有373个词条解释，而最初的所谓“简编版”有一到两千篇文章，“广编版”有四到六千篇。因此，目前很难确切指出作者使用的是哪个版本。可以肯定的是：这是一个特定版本，因为比较分析显示，合集中的许多词在其他版本中都未出现（例如，第79页后的“伊索克拉底”、第90页的“毕达哥拉斯”或第88页被解释为“是”的“内海”）。

我们的大多数（7本中的4本）手稿属于包含2000多个词条的“高级”字母书简编版。其中最具特色和趣味性的是属于17世纪第三季度的字母书（编号V-5636/418），它是我们最早的完整文本。因此，稍后再详细介绍其特点是有意义的。

接下来的字母书（编号V-5636/444）属于17世纪最后一个季度。其主要是因为几乎是上一版本的精确复制品而受到关注。文本分析显示，即便是显而易见的错误都被重复：序言同样在一句话的一半处中断。由于两个版本都来自弗洛里谢娃荒野，这间接证明了这份手稿正是在该修道院产生的。

переведи на английский язык сохраняя тональность и стиль автора но так чтобы было максимально правильно и максимально понятно для носителя языка. если какие-то слова или предложения или словосочетания не переводятся, то можешь их заменить на правильные, которые будут понятны носителю. Главное не терять смысл. Тебе понятно

Да, конечно, я понимаю. Пожалуйста, предоставьте текст, который вы хотите перевести, и я помогу вам с переводом, сохраняя тональность и стиль автора.

делай 3 рерайта на английском языке

Конечно, предоставьте текст, который вы хотите, чтобы я переписал на английском, и я сделаю три варианта рерайта.